← на главную

Теория убавочной стоимости

ЖитейскоеФинансыЮмор

Консервация капитала в условиях пагубного изобилия

Введение

В эпоху, когда классическая прибавочная стоимость Маркса стала попсой, теория убавочной стоимости возникает как гениальная инновация — естественная реакция на реальность пересыщенной экономики. Она объясняет, почему богатейшие и самые развитые державы, утопающие в богатствах, добровольно тормозят рост, заменяя эксплуатацию «покаянием» через бюрократию и перераспределение.

Теория прибавочной стоимости

Базовые термины

Суммарный капитал: $c + v$

Норма прибавочной стоимости (измеряет степень эксплуатации):

$$m^{\prime} = \frac{m}{v} \times 100\%$$

Норма прибыли:

$$P^{\prime} = \frac{m}{c+v} \times 100\%$$

Проблема $P^{\prime} → 0$

Капиталист пытается повысить $P^{\prime}$. Сделать это можно только увеличив прибавочную стоимость. Тогда нужно внедрить более эффективные средства труда, то есть увеличить $c$ (вложиться в станки). Однако $m$ растет не пропорционально росту $c$ из-за чего норма прибыли постепенно стремится к нулю.

Этап Станки Зарплата Прибыль Норма прибыли
Старт 100 руб. 100 руб. 100 руб. 50% (100/200)
Через 5 лет 500 руб. (новые станки) 100 руб. 120 руб. (+20%) 20% (120/600)
Через 10 лет 1000 руб. (ещё лучше) 100 руб. 140 руб. (+40%) 12% (140/1100)

Почему прибыль не поспевает за тратами? Потому что станки сами стоимости не создают — её создаёт только живой труд, а рабочий по-прежнему один и $v$ не меняется. Но конкуренция всё равно заставляет покупать новые станки, иначе обгонят соседи, и знаменатель растёт быстрее числителя.

Теория убавочной стоимости

Основные идеи

Чтобы не допустить нового капиталистического краха аспирантом факультета компьютерных наук была разработана теория убавочной стоимости. И судя по актуальным новостным сводкам из мира экономики, эта теория уже успешно апробируется как минимум одним неназванным государством.

Главная цель — остановить безумный, бессмысленный рост собственного капитала у капиталистов, защитить их от нулевой нормы прибыли и обеспечить не иллюзорное процветание, а долгосрочное выживание.

Рассмотрим как это работает:

Капиталист авансирует 100 руб. на производство: покупает сырьё, платит зарплату. Рабочий создаёт товар стоимостью 150 руб. (прибавка +50). Но дальше вступает коэффициент убавки, например:

Статья убавки Сумма
Налоги −30 руб.
Бюрократия, отчёты, аудиты перед государством (квази-налог: формально не налог, но пропорционален доходу) −40 руб.
«Неэффективное расходование средств», если вы понимаете, о чём я −20 руб.

Куда уходят 150 руб.: 30 — налоги, 40 — бюрократия, 20 — неэффективность, 60 — капиталисту. Инвестировал 100, получил 60, убавка −40 руб.

Введём убавочную стоимость $u$ — сумму всех статей убавки, она отрицательна. В примере $m = 50$, а $u = -90$. По аналогии с нормой прибавочной стоимости получаем норму убавочной стоимости:

$$u^{\prime} = \frac{u}{m} \times 100\% = \frac{-90}{50} \times 100\% = -180\%$$

То есть на каждый заработанный рубль приходится 1,8 рубля убавки.

Конечно, капиталист не хотел бы работать в убыток. С другой стороны государство не хотело бы, чтобы предприятие закрылось, ведь тогда будет нарушена стабильность. Тогда на помощь приходит бюджетная интервенция $s$ — убавка покрывается за счет бюджетных средств. Норма прибыли с учётом убавки и интервенции:

$$P^{\prime} = \frac{m + u + s}{c+v} \times 100\%$$

Тут важно понять, какую норму выбрать. В идеале, капиталист, как и предприятие, должны сохранять покупательскую способность, но ни в коем случае не увеличивать ее. Будем считать, что в нашей экономике таргет инфляции составляет 4%. Тогда хорошая норма совпадает с инфляцией:

$$P^{\prime} = \frac{m + u + s}{c+v} \times 100\% \approx 4\%$$

В примере это $\frac{50 - 90 + s}{100} = 4\%$, откуда $s = 44$ руб. Капиталист получает ровно столько, сколько съест инфляция, — реальный рост нулевой.

Сразу может возникнуть вопрос — откуда государство возьмет деньги на такую сомнительную авантюру? Как мы будем стимулировать предприятия быть убыточными и будем поддерживать жизнедеятельность уже убыточных? Нужна какая-то внешняя сила, которая будет подпитывать убыточную экономику извне.

Перераспределение

Стимулировать предприятия можно, если закошмарить (извините, профессиональный термин) обложить бизнес квази-налогами в случае нарушения курса на стабильность. Например, если норма прибыли будет $X > 4\%$, то можно накладывать штраф в размере $2 \cdot (X - 4\%)$ — вдвое больше превышения, чтобы наверняка: норма уходит ниже целевой, зато повторять никому не захочется. Еще одним вариантом может быть национализация с последующей переприватизацией в менее эффективные руки. А в самом общем случае — увеличение скрытых налогов, бюрократических и технологических издержек.

Такой подход должен постепенно уничтожать наиболее инновационных экономических агентов и поддерживать стабильность уровня инноваций в средствах производства.

Внешняя подпитка

Для подпитки средствами государство не может воспользоваться монетарными способами, это разгонит инфляцию. Вместо этого государство может воспользоваться народным достоянием конкретной экономики, например, нефтью и газом.
Получаем схему

  1. Нефтегазовые компании генерируют доход
  2. Государство изымает сверхдоходы в казну
  3. Часть средств «сжигает» на «экономически неэффективные статьи расходов»
  4. В случае падения цены на нефть создает демпфер из накопленных средств, чтобы поддержать нефтегазовые предприятия в периоды убыточности

В случае непредсказуемой экономической нестабильности, правящий класс (буржуазия) будет вынужден поддерживать государство, чтобы сохранить статус-кво. Таким образом, неочевидным преимуществом реализации теории является очищение государства от крупного капитала в долгосрочной перспективе — деньги перетекают от богатых к бедным.

Отток капитала

Непростой проблемой будет удержать отток капитала за рубеж наиболее богатыми участниками «рынка». Естественным следствием будет сочетание стимулов:

Человек усталый

Зачем строить ракету, если можно бесконечно красить забор вокруг космодрома?

В условиях убавочной стоимости меняется мотивация труда:

Поощряется тот, кто умеет виртуозно обосновывать, почему сделать нельзя.

Культурный аспект

Чтобы препятствовать социальным изменениям, поддерживается культура проблемы, а не её решения:

О вкусах спорят

Школы последователей теории убавочной стоимости расходятся в выборе инструментов и методов:

Джокер в колоде (ИИ)

А что с ИИ? На первый взгляд, перспектива выглядит тревожно: технология, способная автоматизировать интеллектуальный труд, грозит дать толчок новому витку развития — именно тогда, когда его удалось наконец взять под контроль. В терминах нашей модели ИИ — это предельный рост $c$ при $v \to 0$: станки, которым не нужен рабочий. Прибавочную стоимость создаёт только живой труд, так что вместе с ним исчезает и $m$, и $P^{\prime} \to 0$ окончательно.

Решения — по сути, способы удержать ИИ в роли убавки, а не станка:

  1. AI-слоп
  2. Misalignment
  3. Agentic chaos

Ограничения теории

Первое ограничение — отсутствие явного замкнутого цикла. Стабильность поддерживается исключительно за счет нефтегазовых доходов, которые однажды могут иссякнуть.

Второе ограничение — координация. Теория работает только глобально. Если тормозит одна страна, а соседи растут, капитал и люди просто уходят туда, где рост.

Страна A стоит на месте и закрыта, страны B и C растут на 8% и 6%, капитал утекает к ним. Подпись: теория работает только глобально

«~0% стабильности» на схемах — это реальный рост экономики: при норме прибыли на уровне инфляции он и получается около нуля.

Зато при глобальной координации все страны стоят на ~0% реального роста, а общий бюджетный фонд подпитывается нефтью.

Глобальная координация: страны A, B и C стоят на месте, деньги ходят по кругу через бюджетный фонд. Подпись: все тормозят — все выигрывают!

Оба ограничения сводятся к одному: стабильность держится, пока не кончатся нефть или терпение соседей, то есть кризис не предотвращён, а только отложен. Введём главный постулат:

Теория убавочной стоимости не решает проблему роста — она конвертирует её в проблему времени.

Но так как горизонт планирования у нас меньше года, то время — не проблема.